|
|
|
| суббота, 04 февраля 2012г. |
|
|
|
|
|
| Реплика Эдуарда Худякова |
29.12.2009, 14:19
Владимир Мостовщиков: "Новое в коневодстве"
|
| Глава облизбиркома постановил: блог кандидата должен быть оплачен из избирательного фонда. Кто-то из нас двоих сошел с ума. У меня есть справка, что это не я. |
Коллега прислала по электронной почте большущую раровскую папку с постановлениями облизбиркома по поводу предстоящих 14 марта выборов в облдуму. Она, вот заняться человеку нечем, еще ходила на специальный семинар для СМИ, где ей рассказывали о правилах агитации, о том, что СМИ должны опубликовать свои расценки итэдэитэпэ... Лично мне плевать на эти правила. Нет, я человек законопослушный и чту уголовный кодекс не хуже Бендера. Просто как журналист, и как гражданин нынешнюю российскую систему выборов считаю профанацией, а в уходящем году еще и публично поклялся никогда больше на выборы не ходить. Но как главного редактора ИАА "Урал паблисити монитор" меня взволновало "Приложение к постановлению Избирательной комиссии Свердловской области от 10 декабря 2009 года № 27/120 «6-1. Особенности проведения предвыборной агитации с использованием ресурсов сети Интернет". Бывает закон, бывает отсутствие закона. А бывает придумывание юридических новелл на пустом месте. Вот последним славен Владимир Дмитриевич Мостовщиков.
Кому интересно, зайдите на сайт ikso.org, почитайте. Там такая юридическая "иксоргия" в этом документе, что "мама, не горюй!" Краткий пересказ бреда: Интернет-СМИ поделены на зарегистрированные и не зарегистрированные, все обязаны опубликовать в печатном СМИ свои расценки на предвыборную агитацию и уведомить об этом облизбирком. Бонус от Мостовщикова: "При этом следует иметь в виду, что сайты избирательных объединений и личные сайты кандидатов в депутаты Областной Думы Законодательного Собрания Свердловской области не могут использоваться для целей предвыборной агитации без соблюдения вышеуказанного порядка изготовления и размещения агитационных материалов, в том числе в части оплаты размещения этих агитационных материалов".
"Эээ..." - Сказал я. И позвонил знакомым редакторам печатных СМИ с предложением опубликовать официальные расценки на размещение предвыборной агитации на моей страничке в "Одноклассниках". "Эээ..." - Сказали знакомые руководители газет. И отказались публиковать такую фигню даже за большие деньги, даже из уважения ко мне и даже из-за любви к искусству.
Коллеги, простите, я вас слегка разыграл. У меня нет странички на "Одноклассниках", у жены есть - у меня нет. В постановлении Мостовщикова просто про жену ничего не сказано. Это, вероятно, будет следующим этапом развития маниакально-депрессивного юридического психоза нашего избиркома - заставлять уведомлять о расценках на агитацию в блогах жен, детей, любовниц и тещ.
Когда я был молод и горяч, я работал на телевидении. Мостовщиков неоднократно выносил моим телепрограммам всяческие предупреждения. Хитрые юристы всегда находили способ объегорить облизбирком и позволить мне говорить о выборах (а в те далекие времена выборы хоть как-то походили реально на выборы) все, что позволяют мне совесть и профессионализм. Старожилы наверное вспомнят, что все, чего добился от меня глава облизбиркома - это того, что в одном из выпусков "Эпилога" его портрет "замироточил".
Сейчас я работаю в "зарегистрированном Интернет-СМИ". Почитал я это "приложение" и про себя мысленно (я же культурный человек, поэтому только мысленно!) послал наш облизбирком известным маршрутом. Если я захочу что-то написать о выборах до 14 марта - я напишу без всяких приложений. Если стану кандидатом в депутаты областной думы, то буду участвовать в выборах, соблюдая Конституцию РФ. На приложения всякие, и бесконечно переписываемые "законы" о "выборах" мне плевать, честное слово. Если Мостовщиков начнет мне предупреждения выносить - юристы выручат.
Когда я был еще более молод и горяч, чем когда я был молод и горяч, работая на телевидении, я учился на журфаке. Уж не помню, какой предмет пытался преподавать нам любимый декан Борис Николаевич, но довел он всю группу до того, что в качестве подарка на Новый год мы выписали на адрес деканата журнал "Коневодство". Мы были юные и глупые, не могли понять предмета и злились. Знал бы я тогда, что пройдут годы - и мне, как профессиональному журналисту, придется столкнуться с этаким "коневодством" в стиле Мостовщикова...
|
| Реплика Эдуарда Худякова |
| Когда-то давно, когда Медведев был еще президентом, Соня и мама Сони и Лёвы смотрели телевизор на кухне. В отсутствие папы Сони и Лёвы просмотр новостей сопровождался возможностью обсуждения вслух (присутствие папы, особенно во время ужина на кухне, такую возможность исключает по определению). Показывали какое-то совещание с тандемом. "О! Это Медведев!" - Комментировала Соня увиденное, жуя печеньку. "О! А это Путин!" - Уверенно продолжала она свой комментарий. На экране появился общий план зала, в котором проходило совещание, где за столом сидело много чиновников разных уровней. "А этих парней я не знаю..." - растерянно произнесла Соня. Печенькой чуть не подавилась от смеха мама Сони. |  | | Соня требовала поставить диск, где "Соня маленькая". Лёва требовал поставить диск с мультиком "ма" и "ме". Папа нашел диск, на котором было написано "1991". "Соня, хочешь увидеть папу ровно 20 лет назад?" - Спросил папа Сони и Лёвы. На экране появился худющий юноша, который со взором горящим зачитывал из какого-то подвала на камеру указы Ельцина и сообщения о борьбе с ГКЧП. "Это тыыыы?!" - Перевела Соня взгляд с экрана на папу. Интонация была безобидно изумленная, но папе стало отчего-то невыносимо грустно. |  | | Папа мылся в душе, а Лёва стащил бритву. Паникующий родитель бы запаниковал, умиляющийся умилился бы. Папа Сони и Лёвы (Тони и Лёбы - в последней транскрипции, освоенной Лёвой) успел только заметить, что сын осмысленно и правдопободно бреется, но при этом смышлено держит станок лезвиями от себя. |  | | Соня любит вести светские беседы за столом. Отвлекая окружающих от того факта, что она почти ничего не ест. "Как дела на работе?" - Соня однажды деловито поинтересовалась у папы. "Все хорошо", - коротко сказал папа Сони и Лёвы. Соня подумала около секунды, а потом оригинальным тоном (не таким, как звучит по стопицот раз за вечер у мамы Сони и Лёвы вопрос-запятая "Что еще?") выдала: "Что дальше?" Папа подавился "коклеткой". |  | | Если ужин съеден, а в угол из-за стола за плохое поведение никто отправлен не был, то Соня и Лёва ждут "вкусняшку". Десерт, если по-научному. В этот раз Соня что-то замешкалась. И обнаружила, что Лёва уже стоит возле папы и грызет орешек. Поняв, что брат опередил её в получении "вкусняшки", Соня слегка оторопела. "Мерзкий мальчик, маленький уродец!" - Произнесла она в задумчивости. Оторопел папа. Слова были явно не из домашнего лексикона. А сказаны без осуждающей интонации, как-то даже без осмысления, наверное. Но удивительно точно (с точки зрения Сони, прежде всего) по ситуации... |  | | "В какую школу мы Соню будем устраивать?" - Как-то неожиданно спросила мама четырехлетней Сони. "Когда Соне будет пора в школу, вся система образования в России уже развалится, - мрачно сказал папа. - А когда Лёве - уже и Россия развалится". Теперь мама Сони и Лёвы подумывает об обустройстве частной школы. А папа трезво понимает, что через три-четыре года лучшим образованием станет домашнее, как в дореволюционной России. Лишь бы двоюродная бабушка Сони и Лёвы, педагог почти с полувековым стажем, была жива-здорова. |  | | Когда Соня была в том же возрасте, что сейчас Лёва, мама очень следила за развитием ребенка. Сверяясь с книгами, журналами и прочей познавательной макулатурой. И очень переживала, что Соня еще не говорит предложениями. В один прекрасный день мама жаловалась на "отставание в развитии" педиатру. Соня в этот момент показала на что-то пальчиком и сказала: "Ой, муха." "Ну, вот, - сказала педиатр. - Нормально развивающийся ребенок. "Ой, муха" - это предложение". Лёва развивается как-то сам по себе. То, что ребенок начал говорить предложениями, мама осознала, лишь когда он посреди ночи потыкал её кулачком в спину и сказал: "Мама, титю!" |  |
|
|
|